Компенсация за деловую репутацию

ВС РФ рассказал, как подтвердить наличие ущерба деловой репутации юридического лица и получить компенсацию

Организации в отличие от физических лиц не могут претендовать на возмещение им морального вреда при распространении сведений, порочащих их деловую репутацию (п. 11 ст. 152 Гражданского кодекса). Однако это не исключает возможности требовать возмещения ущерба, причиненного такими действиями. Верховный суд Российской Федерации рассказал, в каком случае юридические лица могут рассчитывать на получение компенсации за умаление их деловой репутации (п. 21 Обзора судебной практики ВС РФ № 1, утв. Президиумом ВС РФ 16 февраля 2017 г.).

На сайте издания, учредителем которого является «М», 17 апреля 2014 года была опубликована статья содержащая информацию о том, что администрация Университета нарушает ст. 29 Конституции РФ, гарантирующую гражданам свободу слова.

Поскольку эта публикация распространяла не соответствующие действительности сведения, деловой репутации Университета был причинен вред, который он оценил в 1 млн руб. Однако общество «М» отказалось его компенсировать.

Поэтому Университет обратился с иском в суд и просил признать опубликованные на сайте сведения не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию, обязать общество удалить статью с сайта и разместить текст опровержения на главной странице, а также взыскать с «М» 1 млн руб. в качестве компенсации вреда. Факт размещения указанной статьи на сайте истец подтвердил протоколом осмотра доказательств от 5 мая 2015 года, составленным нотариусом.

Суд первой инстанции частично удовлетворил заявленные требования – он согласился с тем, что статья порочит деловую репутацию Университета, и обязал ответчика удалить ее, разместив текст опровержения на главной странице в открытом доступе. А вот взыскивать компенсацию вреда суд не стал (решение Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11 ноября 2015 г. по делу № А56-58502/2015). Свою позицию он, сославшись на п. 11 ст. 152, п. 1 ст. 1064 ГК РФ, объяснил тем, что вред, причиненный юридическому лицу, носит имущественный характер, что исключает возможность присуждения юридическому лицу неимущественного вреда, в какой бы форме он ни выражался. Тем не менее, суд признал, что истец имел бы право на компенсацию убытков, если бы подтвердил, что распространение сведений привело к потерям имущественного характера в указанном размере.

Университет с этим не согласился и обжаловал решение в апелляции, которая акт нижестоящего суда отменила и взыскала в пользу истца 1 млн руб. компенсации вреда (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 1 февраля 2016 г. № 13АП-32346/15). Юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено, по мнению суда, вправе требовать возмещения ему нематериального вреда, если доказаны общие условия деликтной ответственности (наличие противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца и причинно-следственной связи между этим). Суд также отметил, что общество «М»:

  • распространило сведения, не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию Университета;
  • разместило эту информацию в Интернете, в результате чего неопределенное и неограниченное число пользователей получило к ней свободный доступ.
  • Таким образом, порочащие истца сведения получили неограниченную степень распространения. А, значит, и заявленный размер компенсации вреда вполне обоснован.

    Общество «М» не согласилось с обязанностью выплатить истцу компенсацию вреда и обратилось с жалобой в кассацию, которая отменила апелляционное постановление, оставив в силе решение суда первой инстанции (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13 апреля 2016 г. № Ф07-1147/16).

    Университет, пояснил суд, при рассмотрении дела не представил доказательств того, что после опубликования спорной статьи снизился спрос потребителей на оказываемые им услуги или наступили другие отрицательные для него последствия.

    Суд отметил, что несмотря на то, что ст. 152 ГК РФ исключает возможность компенсации юридическому лицу морального вреда в случае умаления его деловой репутации, это не мешает ему заявлять требования о возмещении вреда, причиненного репутации (Определение КС РФ от 4 декабря 2003 г. № 508-О).

    При этом под вредом, причиненным деловой репутации, следует понимать всякое ее умаление, которое проявляется, например, в наличии у юридического лица убытков, обусловленных распространением порочащих сведений и иных неблагоприятных последствиях в виде утраты конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и т. д.

    Однако одного лишь факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для того, чтобы сделать вывод о причинении деловой репутации ущерба, и для выплаты денежного возмещения, добавил ВС РФ. Истец при этом должен подтвердить:

    • наличие сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т. д.);
    • наступление для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений;
    • факт утраты или снижения доверия к его репутации.
    • Университет, в свою очередь, ссылался на предоставление обществом «М» свободного доступа к порочащей истца информации неопределенному и неограниченному числу пользователей. Но не предоставил ни доказательств, свидетельствующих о своей репутации, сформированной до публикации на сайте оспариваемой статьи, ни доказательств, позволяющих установить наличие неблагоприятных для него последствий в результате такой публикации.

      Отсутствие таких доказательств, пояснил Суд, во-первых, мешает сделать вывод о том, что судебного решения об опровержении порочащих репутацию сведений недостаточно для восстановления баланса прав участников спорных правоотношений. А во-вторых, не позволяет определить размер справедливой компенсации.

      С учетом этого ВС РФ признал отказ кассации во взыскании с ответчика компенсации за распространение сведений, порочащих деловую репутацию университета, обоснованным и оставил жалобу истца без удовлетворения.

      Компенсация за вред репутации: ВС указал, когда ее можно взыскать юрлицу

      С 1 октября 2013 года вступили в силу изменения ГК, которые запретили юридическим лицам взыскивать компенсацию морального вреда. В марте уже этого года Президиум ВС разъяснил, что юридические лица могут защищать свою репутацию путем опровержения опубликованных сведений и взыскания убытков. Но петербургский университет решил, что все равно имеет право на миллионную компенсацию вреда, причиненного деловой репутации вуза от обличающей статьи в онлайн-издании. Дело дошло до ВС, который разъяснил, почему запрет юрлицам взыскивать компенсацию морального вреда не мешает им требовать возмещения вреда, который причинен репутации компании.

      Опровержения мало для восстановления справедливости

      Администрацию Санкт-Петербургского государственного университета профсоюзов возмутила публикация местного СМИ – Закс.ру. В заметке приводилась позиция молодежной общественной организации «Весна», которая обвиняла ректора вуза Александра Запесоцкого в нарушении конституционного права студентов на свободу слова.

      Спустя полтора года после публикации Университет обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о защите деловой репутации к редакции сайта и его учредителю (дело № А56-58502/2015). Заявитель потребовал признать не соответствующей действительности и порочащей деловую репутацию вуза следующую информацию: «Администрация Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов (СПбГУП) и ректор Александр Запесоцкий нарушают 29-ю статью Конституции, гарантирующую гражданам свободу слова». Именно эти слова представителей движения «Весна» процитировало издание.

      Кроме того, истец попросил обязать ответчика удалить статью с сайта издания, разместить опровержение и взыскать со СМИ 1 млн руб. в качестве компенсации вреда, причиненного деловой репутации вуза.

      Первая инстанция признала, что материал порочит деловую репутацию вуза, но отказала во взыскании миллионной компенсации. По мнению суда, истец не представил доказательств, которые подтверждают реальные негативные последствия от выпущенной статьи для репутации университета. Судья Светлана Астрицкая постановила лишь удалить спорный материал с сайта издания, опубликовать опровержение и взыскать в пользу университета 6000 руб. за госпошлину.

      Апелляция пришла к иному выводу и удовлетворила требования истца полностью. В своем решении апелляционная инстанция сослалась на то, что ответчиками по подобным спорам могут выступать не только авторы высказываний, но и те, кто эти сведения распространил (п. 5 Постановления Пленума ВС от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»). Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил решение апелляции и оставил в силе акт первой инстанции.

      ВС: «Юрлица могут возместить репутационный вред»

      Университет не согласился с решением окружного суда и обжаловал его в Верховный суд, чтобы добиться оставления в силе акта апелляции. Адвокат Александр Макаров из АБ «Резник, Гагарин и партнёры», представляющий интересы истца, на судебном заседании уверял, что в процессе произошла подмена понятий: «Суды указали на то, что у истца нет права на компенсацию морального вреда, но заявитель просил о другом – возместить нанесенный репутационный вред, содержание которого отличается от первого».

      Юрист подчеркивал, что ст. 152 ГК («Защита чести, достоинства и деловой репутации») в действующей редакции не исключает взыскания в пользу юридического лица репутационного нематериального вреда. ВС тогда отказал заявителю, оставив в силе акты первой инстанции и окружного суда. Таким образом, СМИ не придется выплачивать миллионную компенсацию (см. «ВС отказался взыскать миллионную компенсацию со СМИ»).

      В своем акте ВС указывает на то, что запрет юрлицам взыскивать компенсацию морального вреда не мешает им требовать возмещения вреда, который причинен репутации компании. В подтверждение своей позиции судьи ВС ссылаются на Определение Конституционного Суда от 4 декабря 2003 года № 508-О: «Отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание».

      Судебная коллегия по экономспорам ВС поясняет, почему она отказалась удовлетворять требования университета: истец не доказал определенного уровня своей деловой репутации и ее умаления.

      Эксперты Право.ru: «По существу спор решен правильно»

      Дмитрий Серегин, советник юридической фирмы «ЮСТ», объясняет, что в ГК под моральным вредом подразумеваются главным образом физические и нравственные страдания: «В этом смысле юридическому лицу моральный вред действительно не может быть причинен». Однако от морального вреда следует отличать вред деловой репутации, например, снижение доверия к юридическому лицу из-за распространения порочащих сведений, подчеркивает Серегин: «В таком случае пострадавшее юрлицо может потребовать возмещения убытков, но для этого оно должно доказать факт их наступления, связь с подрывом своей репутации и обосновать размер».

      Анатолий Семенов, общественный омбудсмен по защите прав предпринимателей в сфере интеллектуальной собственности, считает спорной ссылку ВС на решение Конституционного суда. По его мнению, КС в своем Определении указывал не на допустимость применить «компенсацию морального вреда» по аналогии, а на возможность потребовать «компенсации убытков». Слово «компенсация» в таком контексте не обозначает специальную санкцию, а является синонимом «возмещения» или «взыскания», полагает юрист. Семенов сомневается, что позиция КС в таком случае может преодолеть прямое указание закона и создать новую категорию «нематериальных убытков».

      Павел Хлюстов, адвокат, партнер КА «Барщевский и партнеры», уверен, что по существу спор разрешен правильно, но правовое обоснование заявленного требования как нематериальных убытков является неверным. Любые утверждения о том, что по своей правовой природе компенсация морального вреда юридическому лицу относится к неким «нематериальным убыткам», эксперт считает сомнительными, учитывая отсутствие соответствующей нормы в действующем законодательстве. Кроме того, не следует забывать, что взыскание морального вреда или нематериальных убытков по своей правовой природе является мерой юридической ответственности, поясняет Хлюстов: «Последняя может наступать только за те деяния, которые законом, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями (ст. 54 Конституции)». Спикер напоминает, что юрлицо может требовать взыскания вреда, который причинен его деловой репутации, используя нормы о взыскании убытков: «А не положения, которые регулируют компенсацию морального вреда, или режущие слух каждого юриста «нематериальные убытки».

      Вред, причиненный деловой репутации компании, взыскать можно, если истец докажет, что репутация была

      Юридические лица вправе взыскивать компенсацию за причинение вреда их репутации. На истце в таком случае лежит бремя доказывания двух обстоятельств: во-первых, наличия у него сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т. д.), во-вторых, наступления для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений, факта утраты доверия к его репутации или ее снижения. К таким выводам пришел ВС РФ в Определении от 18.11.2016 № 307-ЭС16–8923 по делу № А56-58502/2015.

      Суть дела

      На сайте одного сетевого издания в интернете была опубликована статья под заголовком «„Весна“: Запесоцкий нарушает 29-ю статью Конституции», содержащая в том числе следующую информацию: «Администрация Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов (СПбГУП) и ректор Александр Запесоцкий нарушают 29-ю статью Конституции, гарантирующую гражданам свободу слова».

      Узнав о публикации, СПбГУП обратился с иском к редакции сетевого издания и его учредителю о защите деловой репутации и признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию изложенных в статье сведений. Истец требовал обязать учредителя издания и редакцию удалить статью с сайта, разместить в открытом доступе текст опровержения, а также взыскать с учредителя издания 1 млн руб. в качестве компенсации вреда, причиненного деловой репутации университета в связи с публикацией не соответствующих действительности сведений.

      Судебное разбирательство

      Суд первой инстанции удовлетворил заявленные требования частично. Он признал размещенные на сайте сетевого издания сведения не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию университета и обязал сетевое издание удалить спорную статью и разместить текст опровержения на главной странице сайта в открытом доступе, обеспечивающем доведение опровержения до любого пользователя интернета, тем же шрифтом и под заголовком «Опровержение». В остальной части в удовлетворении иска было отказано.

      Отказ в удовлетворении требования о взыскании компенсации за причинение университету репутационного вреда суд мотивировал следующим образом. Вред, причиненный юридическому лицу, носит имущественный характер, что исключает возможность присуждения юридическому лицу неимущественного вреда, в какой бы форме он ни выражался. У университета есть право на предъявление требования о компенсации убытков, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда. Между тем он не представил доказательств того, что распространенные ответчиком сведения привели к таким последствиям, в результате которых университет понес потери имущественного характера в заявленном размере.

      Апелляция изменила решение суда первой инстанции, удовлетворив требование университета о взыскании с учредителя издания компенсации за причинение вреда деловой репутации. Обосновывая свое решение, суд сослался на правовые позиции, изложенные в Определении Конституционного суда РФ от 04.12.2003 № 508-О и постановлении Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 № 17528/11. Как он отметил, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать возмещения нематериального (репутационного) вреда при доказанности общих условий деликтной ответственности:

      факта распространения ответчиком сведений об истце;

      порочащего характера этих сведений;

      несоответствия этих сведений действительности.

      В рассматриваемом деле суд посчитал наличие этих условий доказанным.

      Кассация постановление апелляции отменила, оставив в силе решение суда первой инстанции. Как подчеркнул арбитражный суд округа, университет не представил доказательств того, что после опубликования спорной статьи снизился спрос потребителей на оказываемые им услуги или наступили другие негативные последствия, как и не привел аргументов в подтверждение наличия причинной связи между ущемлением деловой репутации и оспоренной информацией.

      Позиция ВС РФ

      ВС РФ оставил в силе постановление суда кассационной инстанции. Вместе с тем он сделал важный вывод о наличии у юридических лиц права взыскивать компенсацию за причинение вреда их репутации. По мнению ВС РФ, при рассмотрении данного спора необходимо было учесть следующие обстоятельства.

      Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ). В силу положений ст. 1082 ГК РФ суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т. п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Так, в рамках защиты своего нарушенного права гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (п. 9 ст. 152 ГК РФ). В пункте 11 ст. 152 ГК РФ определено, что правила о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

      По мнению ВС РФ, вступление в силу с 1 октября 2013 г. новой редакции ст. 152 ГК РФ, исключившей возможность компенсации морального вреда в случае умаления деловой репутации юридических лиц, не препятствует защите нарушенного права посредством заявления юридическим лицом требования о возмещении вреда, причиненного репутации юридического лица.

      Данный вывод следует из приведенного выше Определения Конституционного суда РФ от 04.12.2003 № 508-О, в котором отмечено, что отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 ГК РФ).

      Под вредом, причиненным деловой репутации, следует понимать всякое ее умаление, которое проявляется, в частности, в наличии у юридического лица убытков, обусловленных распространением порочащих сведений, и иных неблагоприятных последствий в виде утраты юридическим лицом в глазах общественности и делового сообщества положительного мнения о его деловых качествах, утраты конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и т. д.

      Следовательно, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать восстановления своего права при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца) (постановление Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 № 17528/11). Наличие вины ответчика презюмируется (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

      При этом противоправный характер действий ответчика должен выражаться в распространении вовне (сообщении хотя бы одному лицу), в частности посредством публикации, публичного выступления, распространения в СМИ и интернете, с помощью иных средств телекоммуникационной связи, определенных сведений об истце, носящих порочащий и не соответствующий действительности характер.

      Между тем одного лишь факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой репутации. На истце лежит обязанность доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований. Он должен подтвердить, во-первых, наличие сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т. д.). Во-вторых, наступление для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений, факт утраты доверия к его репутации или ее снижения.

      В обоснование своей позиции по существу заявленного требования о взыскании компенсации репутационного вреда университет ссылался на использованную ответчиками форму распространения порочащих его сведений в интернете с предоставлением неопределенному и неограниченному числу пользователей свободного доступа к сайту, на котором опубликованы оспариваемые сведения. Однако каких-либо доказательств и пояснений, свидетельствующих о сформированной репутации истца до нарушения и доказательств, позволяющих установить наличие неблагоприятных последствий для университета в результате размещения спорной публикации, в материалы дела истцом не было представлено.

      Таким образом, у суда отсутствовали доказательства, на основании которых он мог установить, что самого признания факта распространения порочащих сведений и судебного решения об их опровержении недостаточно для восстановления баланса прав участников спорных правоотношений, а также определить размер справедливой компенсации. При таких обстоятельствах отказ суда округа во взыскании компенсации за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию университета, является, по мнению ВС РФ, обоснованным.

      Компенсация за деловую репутацию

      В декабре 2016 года общество следило за судебным спором «Роснефти» и РБК. Иск «Роснефти» превышал 3 млрд рублей: это размер компенсации за репутационный вред, который, по мнению «Роснефти», был нанесен публикацией РБК. Первая инстанция взыскала 390 тыс. рублей. «Роснефть» продолжает бороться, заседание в апелляции состоится 1 марта 2017 года. [ОБ1] Чтобы компании взыскать компенсацию за недобросовестные действия третьих лиц, необходимо различать моральный и репутационный вред, уметь определять размер компенсации и помнить о том, что сказал Верховный Суд.

      Чтобы увеличить количество контрагентов и свою прибыль, компании зачастую идут на действия, которые запрещены законом, особенно в тех случаях, когда необходимо привлечь клиентов конкурирующих фирм. СМИ и интернет-ресурсы в погоне за рейтингами публикуют недостоверную информацию о компаниях. Часто распространение таких сведений — это удар по деловой репутации компании, создающий реальную угрозу для дальнейшего существования бизнеса. Как компенсировать вред, причиненный деловой репутации, и с какими проблемами может столкнуться компания, разберемся в настоящей статье.

      ГК РФ позволяет компенсировать репутационный вред

      Деловая репутация компании имеет важное значение для ее успешной деятельности. На это указывалось и в судебных актах (например, постановление ФАС Уральского округа от 24.08.2009 по делу № А50-20231/2008). Несмотря на то что ст. 152 ГК РФ ввела в заблуждение многих юристов, прямого запрета требовать компенсацию репутационного вреда она не содержит.[ОБ2] Высшие судебные инстанции это подтверждают.

      Для защиты прав юридических лиц в ГК РФ включили положения ст. 152, которые содержали определенные механизмы защиты от посягательств на репутацию компаний. Положения указанной статьи существенно изменились для юридических лиц в 2013 году. Ранее статьи о защите деловой репутации гражданина применялись к защите деловой репутации юридического лица. В связи с этим многие полагали, что поскольку гражданин имеет право на компенсацию морального вреда, то и юридическое лицо имеет право на компенсацию нематериального (репутационного) вреда, который был ему причинен.

      Новая редакция ст. 152 ГК РФ исключает возможность взыскания компенсации морального вреда в пользу юридических лиц за причинение ущерба деловой репутации. Многие считают, что законодатель, вводя указанное положение, прямо исключил возможность компенсации нематериального (репутационного) вреда компаниям, поскольку она по своей природе схожа с компенсацией морального вреда (Федеральный закон от 02.07.2013 № 142-ФЗ «О внесении изменений в подраздел 3 раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

      Однако понятия «моральный вред» и «репутационный вред», несмотря на свою близость, не являются тождественными. Классическая компенсация морального вреда взыскивается в случае физических и нравственных страданий, компенсация нематериального (репутационного) вреда — выплата денежных средств за факт наступления неблагоприятных последствий нематериального характера, которые не наступили бы при нормальном развитии гражданского оборота (см. Гаврилов Е.В. Компенсация нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам и новая редакция ст. 152 ГК РФ // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. № 3. С. 79–90). Разграничить указанные понятия пытались и суды (постановление ФАС Уральского округа от 27.01.2010 № Ф09-6688/09-С6 по делу № А47- 17/2008).

      Некоторые суды дополнительно указывали, что юридическое лицо — искусственный субъект права и по своей правовой природе, не будучи живым существом с высшей нервной деятельностью, не способно испытывать физических и нравственных страданий, а следовательно, и претендовать на компенсацию морального вреда (постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2014 по делу № А32- 30805/2012).

      Законодатель не предусмотрел в ст. 152 ГК РФ прямого запрета на такой способ защиты, как право предъявлять требования о компенсации нематериального (репутационного) вреда, причиненного умалением деловой репутации.

      Впервые подобную позицию высказал Конституционный Суд Российской Федерации. Суд отметил, что отсутствие прямого указания в законе на такой способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации.

      Компании могут требовать возмещения нематериального вреда, которое имеет свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), вытекающее из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (Определение КС РФ от 04.12.2003 № 508-О).

      Важно обратить внимание, что указанную позицию суды зачастую применяли и к новой редакции ст. 152 ГК РФ (постановление 5ААС от 04.08.2015 по делу № А51-6980/2015).

      Президиум ВАС РФ поддержал КС РФ. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что, поскольку в результате вмешательства государственного органа был причинен вред деловой репутации лица, оно должно иметь возможность получить справедливую денежную компенсацию причиненного ему нематериального вреда (Постановление от 17.07.2012 № 17528/11 по делу № А45- 22134/2010).

      Позиции КС РФ и Президиума ВАС РФ появились до внесения изменений в ст. 152 Гражданского кодекса РФ. Но обновленная редакция статьи по своему содержанию противоречит практике судов высших инстанций.

      Суды принимают во внимание конкретные требования: основание, размер, факт причинения вреда

      Различное толкование положений ст. 152 ГК РФ породило возникновение противоречивых позиций судов всех уровней. Встречаются разные подходы к разрешению рассматриваемой проблемы у судей одних и тех же судов. Необходимо четко формулировать свои требования – какие нормы позволяют взыскать репутационный вред, как определялся размер компенсации, доказать, что вред причинен на самом деле.

      Возможность взыскания. Одни суды полагают, что, несмотря на запрет компенсации морального вреда юридическому лицу, оно имеет право на возмещение нематериального (репутационного) вреда. Другие считают, что текущая редакция ст. 152 ГК РФ исключает применение нормы о компенсации нематериального (репутационного) вреда. Некоторые суды прямо указывают, что истец в ходе процесса не смог пояснить, на основании каких материальных норм может быть взыскана такая компенсация. В подобных случаях суды отказывали в удовлетворении заявленных требований (постановление АС МО от 26.03.2015 по делу № А40-66364/14).

      АС Северо-Кавказского округа указал, что в ст. 12 ГК РФ и в иных действующих федеральных законах такого способа защиты, как взыскание неимущественного (репутационного) вреда, не предусмотрено. Указанное обстоятельство само по себе исключает возможность применения способа защиты, не закрепленного федеральным законом. Устанавливать способы защиты гражданских прав должен законодатель, а не суд (включая Конституционный). Кроме того, ссылка на практику Европейского суда по правам человека не может служить основанием для присуждения компенсации морального вреда (репутационного ущерба) (постановление от 06.08.2015 по делу № А63-11510/2014).

      Еще одна причина отказа в удовлетворении заявленных требований — ошибочное заявление требования о взыскании морального, а не репутационного вреда (постановление АС Волго-Вятского округа от 18.01.2016 по делу № А17-7903/2014).

      Размер компенсации. Истец самостоятельно определяет размер компенсации. При таком определении истец обязан учитывать характер и содержание не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию истца сведений, степень их распространения и возможные негативные последствия для истца.

      В свою очередь суд оценивает по своему внутреннему убеждению разумность, соразмерность и справедливость компенсации, а также все иные обстоятельства, которые заслуживают внимания. Компаниям весьма сложно добиться полного удовлетворения своих требований. В большинстве случаев суды существенно снижают заявленный размер компенсации нематериального (репутационного) вреда.
      Существенное влияние на размер компенсации может оказать позиция ответчика. При обжаловании судебного акта суды прямо указывают на то, что именно ответчик должен был обосновать иную сумму компенсации (постановление по делу № А07- 1900/2015).

      Факт причинения вреда и размер компенсации. Чтобы взыскать компенсацию нематериального (репутационного) вреда, истец должен доказать:

      — факт утраты доверия к его репутации, в том числе подтвердить факт формирования у истца репутации (постановление ФАС ЗСО от 13.09.2013 по делу № А67- 4342/2012);

      — причинно-следственную связь между действиями ответчика и возникновением у истца неблагоприятных последствий в виде причиненного вреда деловой репутации (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.04.2016 по делу № А56-58502/2015).

      Если хоть один из указанных элементов не был доказан истцом, суды отказывают в удовлетворении требований (постановления АС МО от 01.02.2016 по делу № А40- 143163/2014, ФАС ЦО от 22.07.2013 по делу № А35-9483/2012).

      Действия не каждого ответчика на самом деле влияют на утрату доверия к репутации компании. Следует различать эффект от публикации негативной информации о компании всероссийским интернет-порталом и сайтом, аудитория которого составляет не более 100 человек. Поэтому при выявлении причинно-следственной связи суды должны учитывать, что у ответчика есть реальная возможность влиять на формирование мнения об истце у третьих лиц (постановление АС ПО от 24.12.2014 по делу № А06-2585/2012). Если такая возможность не была доказана, это может послужить основанием для отказа в заявленных требованиях.

      Возможности самого ответчика могут учитывать и при определении размера компенсации. Связано это с тем, что при обосновании суммы компенсации суды принимают во внимание различные обстоятельства, относящиеся к каждому конкретному спору. Некоторые суды оценивают объем распространения информации. Так, определяя сумму компенсации в размере 80 тыс. рублей, суд учел тираж газеты в количестве 33,6 тыс. экземпляров и то, что издание распространяется в пределах закрытого административно-территориального муниципального образования (постановление 18ААС от 15.06.2015 по делу № А76- 20440/2014).

      Доказать размер компенсации нематериального (репутационного) вреда сложно. В судебных актах часто отсутствует какая-либо мотивировка суммы компенсации, что относит эту категорию споров к разряду непредсказуемых.

      Интересный с практической стороны подход использовали представители «Роснефти»: истец представил в обоснование указанной суммы заключение «О результатах анализа стоимости деловой репутации ОАО «НК “Роснефть”». Суд пришел к выводу, что упомянутое заключение не отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, так как отсутствуют установленные законом сведения о лице, осуществлявшем его подготовку. Но возможность оценки вреда, причиненного деловой репутации, может быть полезной для разрешения спора.

      Верховный суд расставил все точки над «i»

      Такое количество противоречивой практики не могло остаться без внимания Верховного Суда РФ. ВС РФ в своем определении от 18.11.2016 № 307-ЭС16-8923 в развитие позиций КС РФ и ВАС РФ однозначно указал на возможность взыскания подобной компенсации.

      Помимо этого Верховный Суд привел перечень неблагоприятных последствий, при наличии которых такой вред может быть компенсирован. Вред могут компенсировать, если: юридическое лицо утратило в глазах общественности и делового сообщества положительное мнение о деловых качествах; компания утратила конкурентоспособность; компания не имеет возможность планировать свою деятельность и т. д.

      Что касается предмета доказывания по такой категории дел, то Верховный Суд РФ определил, что для получения компенсации нематериального (репутационного) вреда недостаточно одного лишь факта распространения порочащих сведений. Помимо этого юридическое лицо должно доказать, что:

      — у компании есть сформированная репутация в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т. д.);

      — в результате распространения порочащих сведений для компании наступили неблагоприятные последствия, утратилось или снизилось доверие к репутации юрлица.

      Данная позиция согласуется с тем предметом доказывания, на который в судебной практике по этой категории споров указывалось ранее. Однако если доказать реально сформированную репутацию юридического лица не так сложно, то доказать факт снижения или утраты доверия — непростая задача.

      Это показывает судебная практика, которая сформировалась уже после принятия Верховным Судом РФ вышеуказанного определения. Например, Суд по интеллектуальным правам (СИП) указал, что истец не доказал обстоятельства, входящие в бремя доказывания, в связи с чем в иске было отказано (постановление СИП от 30.11.2016 по делу № А71-14895/2015). Такая практика достаточно распространена (постановления 12ААС от 06.12.2016 по делу № А57- 4545/2016, 5ААС от 09.12.2016 по делу № А24-2030/2016).

      По одному из дел суд не принял в качестве надлежащего доказательства сведения о доходах истца, поскольку они являются односторонними, без представления первичных источников. Вместе с тем суд дополнительно указал, что истцом не доказана причинная связь между снижением доходов и распространением порочащей информации (решение АС Томской области от 19.12.2016 по делу № А67- 2763/2016).

      Аналогичное отказное решение было получено истцом по делу № А33-16879/2016: суд указал, что в соглашении о расторжении договора отсутствует информация о том, что договор расторгается из-за порочащих сведений (решение АС Красноярского края от 13.12.2016 по делу № А33- 16879/2016).

      Важно, что Верховный Суд Российской Федерации наконец-то признал право юридических лиц на компенсацию нематериального (репутационного) вреда. Это право позволит компаниям не только справедливо компенсировать свои потери, но и по возможности предотвратить потенциальное посягательство на их деловую репутацию.

      Компенсация вреда, причиненного деловой репутации юридического лица (на примере ФАС Волго-Вятского округа). Статьи по предмету Арбитражный процесс

      КОМПЕНСАЦИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ДЕЛОВОЙ РЕПУТАЦИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА (НА ПРИМЕРЕ ФАС ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА)

      Вред — сложная универсальная правовая конструкция, являющаяся основным условием для защиты нарушенного права потерпевшего, с одной стороны, и наступления юридической ответственности по отношению к правонарушителю — с другой. Вред могут испытывать как физические, так и юридические лица вследствие ущерба их интересам, личности (сущности), имуществу, деловой репутации и др.
      Вред, причиненный юридическому лицу, не всегда является вредом его деловой репутации, а причиненный деловой репутации всегда считается вредом самому юридическому лицу. Согласитесь, распространение не соответствующих действительности сведений о низком качестве производимой юридическим лицом продукции, о недобросовестном поведении субъекта по отношению к клиентам и партнерам, о нахождении организации на стадии банкротства умаляет не только деловую репутацию юридического лица, но и порочит его, причиняет ему соответствующий вред. Такой вред может быть в форме убытков — тогда необходимо говорить о возмещении убытков (ст. 15 Гражданского кодекса РФ). Однако убытков при умалении деловой репутации может и не быть. В свою очередь, неимущественный (или, что, на наш взгляд, более правильно, — нематериальный) вред будет априори. И порой опровержения, как главного способа защиты деловой репутации, явно недостаточно для ее восстановления, покрытия нематериального вреда юридическому лицу, а также возложения на причинителя вреда эффективной ответственности. Именно поэтому в практике арбитражных судов и предусмотрена возможность денежной компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица.
      Компенсация вреда, причиненного деловой репутации юридического лица — выработанный судебно-арбитражной практикой Российской Федерации адекватный способ ее защиты от распространения не соответствующих действительности порочащих сведений. Данный способ защиты является неким аналогом компенсации морального вреда (ст. 151 ГК РФ), традиционно (в силу консервативного подхода) ассоциируемого только с людьми (физическими лицами).
      Исследуемая компенсация выполняет одновременно две функции. С одной стороны, она направлена на восстановление опороченной деловой репутации денежным способом, а с другой — на возложение гражданско-правовой ответственности в отношении причинителя вреда путем взыскания с него определенных денежных сумм.
      Существование подобной компенсации основано на правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 4 декабря 2003 г. N 508-О: «Применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ). Данный вывод основан на положении статьи 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом» .
      ———————————
      Вестник Конституционного Суда РФ. 2004. N 3.

      В данном Определении КС РФ также заложена мысль о том, что российские суды в каждом конкретном деле должны выяснить, был ли причинен какой-либо вред деловой репутации юридического лица в результате распространения не соответствующих действительности сведений, подлежит ли он компенсации в денежном выражении или может быть адекватно компенсирован самим установлением факта состоявшегося нарушения, а равно установить допустимость применения и пригодности того или иного не запрещенного законом конкретного способа защиты в рамках соответствующего правоотношения .
      ———————————
      Там же.

      Соответственно компенсация вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, отвечает указанным требованиям в случаях наступления нематериального вреда вследствие распространения не соответствующих действительности порочащих сведений (п. 7 ст. 152 ГК РФ).
      Изучение опыта федеральных арбитражных судов округов (арбитражных кассационных судов), в частности ФАС Волго-Вятского округа, необходимо для последующего совершенствования российского законодательства относительно защиты деловой репутации юридических лиц, а также для обобщения практики Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросу исследуемой компенсации.
      Первоначально ФАС Волго-Вятского округа, собственно, как и большинство других арбитражных судов на тот период, категорически не признавал возможность компенсации юридическому лицу вреда, не являющегося убытками.
      Например, в Постановлении от 21 января 1998 г. по делу N 539/5 сказано, что в удовлетворении требований о компенсации морального вреда истцу отказано правомерно: «Исходя из смысла статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред (физические и нравственные страдания) может быть причинен только гражданину, но не юридическому лицу. Поэтому оснований для удовлетворения этого требования у суда не было. Поскольку требование истцом изложено неточно (компенсация за нанесенный ущерб), суд обоснованно сослался на отсутствие доказательств возникновения ущерба». В Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 24 декабря 1998 г. по делу N А29-1414/98 говорилось, что «. компенсация морального вреда юридическому лицу действующим законодательством не предусмотрена».
      Прецедентом взыскания в пользу юридического лица компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица (в практике ФАС Волго-Вятского округа) стало дело N А43-5790/2005-4-127.
      В 2005 г. в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось ОАО «Волга» с иском к редакции общественно-политического еженедельника «Ленинская смена» (далее — Редакция) и ООО «Газета «Ленинская смена» с требованиями, одно из которых — взыскание компенсации в размере 1 млн. руб. за распространение сведений, умаляющих деловую репутацию юридического лица.
      Решением от 14 июня 2005 г., оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 6 сентября 2005 г., иск удовлетворен, и суд обязал ООО «Газета «Ленинская смена» опубликовать в ближайшем номере одноименной газеты опровержение порочащих сведений, не соответствующих действительности. Кроме того, с ООО «Газета «Ленинская смена» взыскано 100 тыс. руб. компенсации. В отношении Редакции производство по делу прекращено.
      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 8 декабря 2005 г. по делу N А43-5790/2005-4-127 судебные акты нижестоящих судов оставлены без изменения.
      По вышеназванному делу ФАС Волго-Вятского округа о «компенсации за распространение сведений, умаляющих деловую репутацию юридического лица» высказался следующим образом: «Согласно пункту 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.
      В пункте 7 этой же статьи Кодекса предусмотрено, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.
      В пункте 2 статьи 150 Кодекса предусматривается возможность использования при защите нематериальных благ любого способа, названного в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иных способов, установленных Кодексом и другими законами, если существо нарушенного нематериального блага и характер последствий этого нарушения допускает такую защиту.
      Деловая репутация относится к нематериальным правам, возникает у юридического лица в силу его создания и является одним из условий его деятельности.
      Из смысла указанных норм следует, что при умалении деловой репутации юридического лица оно не лишено права на защиту нарушенного нематериального права в виде предъявления требования возмещения нематериального вреда путем выплаты причинителем вреда денежной компенсации. Определяя размер компенсации, суд должен принять во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
      Аналогичное толкование пункта 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации прописано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».
      На основании приведенных положений законодательства суд правомерно взыскал с ответчика с учетом его вины и размера причиненного вреда денежную компенсацию в размере 100 тыс. руб.
      Более того, ФАС Волго-Вятского округа отметил интересную деталь: «Довод заявителя о невозможности компенсации юридическому лицу морального вреда не принимается во внимание, ибо в рассматриваемом случае суд взыскал компенсацию вреда, причиненного деловой репутации ОАО «Волга», что не противоречит действующему законодательству».
      Таким образом, из указанного Постановления можно сделать вывод: компенсация вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, взыскивается по аналогии с компенсацией морального вреда гражданам, но при этом указанные категории не являются тождественными.
      К слову, рассмотренное выше дело несколько позже анализировалось самим ФАС Волго-Вятского округа (в 2006 г. в обзоре практики «Вопросы защиты деловой репутации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), а также в журнале «Закон» (2007. N 7). При этом авторы указанного обзора практики и одноименной статьи в журнале «Закон» (Г.С. Апряткина, Е.Г. Кислицын) умозаключили, что компенсация нематериального вреда «по своей природе является аналогом компенсации морального вреда, причиненного гражданину» .
      ———————————
      Вопросы защиты деловой репутации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей (обзор практики ФАС Волго-Вятского округа, 2006) // http://arbitr.ru/; Апряткина Г.С., Кислицын Е.Г. Защита деловой репутации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей // Закон. 2007. N 7. С. 156.

      Позднее ФАС Волго-Вятского округа в одном из своих постановлений упомянул, что для юридического лица возможна компенсация именно морального вреда: «. юридическое лицо в силу . пунктов 5, 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе заявить требование о возмещении морального вреда. » . При этом такое возмещение может быть заявлено только наряду с требованием о защите деловой репутации . То есть ни о какой самостоятельности компенсации морального вреда в рамках дел о защите деловой репутации говорить не приходится, такая компенсация неизбежно оказывается компенсацией вреда, причиненного деловой репутации.
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11 августа 2006 г. по делу N А79-2305/2006.
      Там же.

      На сегодняшний день в практике ФАС Волго-Вятского округа требования о компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, в рамках дел о защите деловой репутации встречаются очень часто.
      В 2006 г. ОАО «Метэкспо» (далее — истец) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к гражданам Ч. и Ж. (далее — ответчики) о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию сведений, а также о взыскании компенсации за причинение вреда деловой репутации в размере 1 млн. руб.
      Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 26 апреля 2007 г., оставленным без изменения Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 25 сентября 2007 г., иск удовлетворен частично, в связи с чем с ответчиков взыскано по 10 тыс. руб. денежной компенсации.
      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 30 ноября 2007 г. по делу N А43-34385/2006-15-691 вышеуказанные решение и постановление оставлены без изменения . Кассационный суд относительно «компенсации за причинение вреда деловой репутации» высказался лишь следующим образом: «. Суды пришли к обоснованному выводу о распространении ответчиками недостоверной информации, наносящей вред деловой репутации ОАО «Метэкспо», в связи с чем правомерно взыскали с ответчиков по 10000 рублей компенсации (пункты 5, 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации)» .
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30 ноября 2007 г. по делу N А43-34385/2006-15-691.
      Там же.

      Считаем, что подобной аргументации относительно денежной компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, явно недостаточно, так как ссылка на статью 152 ГК РФ лишь указывает на соответствующую возможность применения правил о защите деловой репутации гражданина к защите деловой репутации юридического лица. Указанная статья не содержит общих критериев определения размера денежной компенсации и не учитывает специфические особенности такой компенсации, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2005 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц». К тому же кассационный суд не сослался на прецедентное Определение КС РФ от N 508-О, а также на практику Европейского суда по правам человека по вопросам справедливой компенсации, на которую обычно указывают другие арбитражные кассационные суды, обосновывая необходимость компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица.
      Однако указанный пример из практики ФАС Волго-Вятского округа не самый проблемный. Встречаются случаи, когда в мотивировочной части постановлений вообще не упоминается о компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, хотя в описательной части требование об указанной компенсации имело место .
      ———————————
      См., например: Постановления ФАС Волго-Вятского округа от 19 декабря 1997 г. по делу N А43-2822/97-26-98; от 24 сентября 2007 г. по делу N А43-30678/2006-10-637; от 4 марта 2008 г. по делу N А79-7416/2007; от 7 мая 2008 г. по делу N А79-5183/2007; от 22 мая 2008 г. по делу N А43-25060/2007-23-680; от 7 июля 2008 г. по делу N А11-8317/2007-К1-15/121; от 2 апреля 2009 г. по делу N А82-11872/2007-1.

      Считаем такой подход недопустимым, не отвечающим требованиям открытости, доступности и понятности арбитражного правосудия. Кассационный суд обязан обосновать удовлетворение (неудовлетворение) каждого заявленного требования в отдельности.
      В 2007 г. в Арбитражный суд Чувашской Республики обратилось ООО «Агроинвестсервис» с иском к ООО «Аргументы и Факты — Чувашия» (далее — ООО «АиФ — Чувашия») о признании сведений, изложенных в статье «Дракуле это не снилось. «, опубликованной в региональном приложении «Аргументы и Факты — Чувашия» N 10 за 2007 г., не соответствующими действительности, опровержении информации, содержащейся в указанных статьях, взыскании убытков в размере 34518 руб. и 150 тыс. руб. компенсационного вреда, причиненного деловой репутации (по правилам ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ).
      Решением от 14 ноября 2007 г. иск удовлетворен частично. Заголовок «Кладбище продолжают разрушать» в статье «Дракуле это не снилось. » признан не соответствующим действительности и наносящим вред деловой репутации ООО «Агроинвестсервис». На ООО «АиФ — Чувашия» возложена обязанность опубликовать в 10-дневный срок со дня вступления решения в законную силу набранное тем же шрифтом и расположенное на той же полосе регионального приложения «Аргументы и Факты — Чувашия» опровержение следующего содержания: «Не соответствует действительности и порочит деловую репутацию ООО «Агроинвестсервис» нижеуказанное сведение, опубликованное в газете «Региональное приложение «АиФ — Чувашия» N 10 за 2007 год в статье «Дракуле это не снилось. » — заглавие статьи «Кладбище продолжают разрушать». Кроме того, с ответчика взыскано 150 тыс. руб. компенсации в возмещение репутационного вреда. В удовлетворении остальных требований отказано.
      Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 12 марта 2008 г. названное решение изменено и размер компенсации уменьшен до 50 тыс. руб. В остальной части судебный акт оставлен без изменения. Снижение размера компенсации вреда мотивировано судом апелляционной инстанции принципом разумности и справедливости гражданско-правовой ответственности. Из пункта 7 ст. 152 ГК РФ следует, что указанные правила о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица .
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11 июня 2008 г. по делу N А79-5084/2007.

      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 11 июня 2008 г. по делу N А79-5084/2007 вышеуказанные решение и постановление оставлены без изменения: «Исходя из приведенных норм (п. п. 5, 7 ст. 152 ГК РФ) суды правомерно обязали ответчика опубликовать опровержение порочащих деловую репутацию истца сведений и взыскали 50000 рублей компенсации за причинение вреда деловой репутации юридического лица.
      Ссылка заявителя жалобы на неподтвержденность размера компенсации в связи с недоказанностью причинения истцу убытков несостоятельна, поскольку размер компенсации вреда деловой репутации не зависит от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации)» .
      ———————————
      Там же.

      Таким образом, ФАС Волго-Вятского округа обоснованно упомянул о принципах разумности и справедливости в качестве критериев определения размера денежной компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица. Более того, арбитражный кассационный суд дал понять: компенсация вреда, причиненного деловой репутации, не является возмещением имущественного вреда (убытков) и не зависит от такого возмещения.
      В 2007 г. ООО «Фирма «Риком» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском к ООО «Издательский дом «Ленинская смена» (далее — Издательский дом), гражданам Д. и С. о защите деловой репутации; одно из требований иска — взыскание с Издательского дома компенсации вреда, нанесенного деловой репутации фирмы, в размере 5 млн. руб.
      Суд решением от 31 июля 2008 г., оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 29 октября 2008 г., частично удовлетворил исковые требования, среди прочего взыскал с Издательского дома в пользу ООО «Фирма «Риком» 50 тыс. руб. — компенсацию ущерба, причиненного деловой репутации истца .
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 5 февраля 2009 г. по делу N А43-29322/2007-10-793.

      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 5 февраля 2009 г. по делу N А43-29322/2007-10-79316 вышеуказанные решение и постановление в части удовлетворенных требований ООО «Фирма «Риком» отменены.
      В удовлетворении данной части исковых требований отказано. Суд мотивировал отказ тем, что фразы, которые истец посчитал не соответствующими действительности и порочащими его деловую репутацию, таковыми не являются, поэтому не было оснований для привлечения Издательского дома к ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ .
      ———————————
      Там же.

      Совершенно очевидно, что удовлетворить требование о компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, возможно только при удовлетворении общего требования о защите деловой репутации.
      В 2008 г. ООО «Рузаевская торговая компания» (далее — ООО «РТК») обратилось в Арбитражный суд Республики Мордовия с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к индивидуальному предпринимателю К. (далее — Предприниматель) и ООО «РТКОМ Телекомпания «ТелеСеть Мордовия (10 канал)» (далее — ООО «РТКОМ») об обязании ответчиков опровергнуть не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию сведения, а также о взыскании с Предпринимателя 100 тыс. руб. компенсации за причиненный вред.
      Сославшись на статью 34 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 «О средствах массовой информации» (далее — Закон о средствах массовой информации) и статьи 65, 68 АПК РФ, арбитражный суд Республики Мордовия посчитал, что истец не представил доказательства распространения ответчиками спорной информации, и решением от 25 сентября 2008 г., оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 8 декабря 2008 г., отказал в удовлетворении иска.
      При рассмотрении дела суды установили: на момент обращения ООО «РТК» с иском видеосюжет, показанный в рубрике «Происшествия» эфира ООО «РТКОМ» 11 марта 2008 г., в архивах ООО «РТКОМ» не сохранился, так как был уничтожен по окончании срока хранения, установленного в статье 34 Закона о средствах массовой информации. Иной копии указанного сюжета ни у истца, ни у иных лиц не имеется.
      Для подтверждения факта распространения сведений, не соответствующих действительности, истец до принятия судебных актов заявлял ходатайства о вызове и допросе трех свидетелей, способных воспроизвести высказанные Предпринимателем фразы в отношении ООО «РТК».
      Допрошенный в суде апелляционной инстанции в качестве свидетеля гражданин А. посчитал, что произнесенные Предпринимателем фразы относятся к администрации рынка, но не смог дословно воспроизвести его слова.
      В допросе иных лиц в качестве свидетелей суд апелляционной инстанции отказал в связи с тем, что ООО «РТК» не заявляло ходатайство об их вызове и допросе в качестве свидетелей в суде первой инстанции.
      Другие доказательства, подтверждающие распространение ответчиками спорных сведений, истец не представил .
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 16 марта 2009 г. по делу N А39-1627/2008-218/16.

      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 16 марта 2009 г. по делу N А39-1627/2008-218/16 вышеуказанные решение и постановление оставлены без изменения:
      «На основании изложенного (отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих распространение сведений. — Прим. авт.) у судов отсутствовала возможность дать правовую оценку обстоятельствам, имеющим существенное значение для дела, а именно — установить факт распространения ответчиками указанных истцом сведений, проверить распространенную информацию на предмет ее соответствия действительности и выяснить, нанесен ли вред деловой репутации истца распространением данных сведений.
      Невозможность установления приведенных обстоятельств, как справедливо указали суды первой и апелляционной инстанций, не позволяет удовлетворить заявленные требования .
      ———————————
      Там же.

      Вполне логично предположить, что компенсация вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, зависит от предоставления надлежащих доказательств распространения не соответствующих действительности порочащих сведений. И такими доказательствами могут быть свидетельские показания (ст. 88 АПК РФ). Однако, как показывает практика, имеются трудности в практической реализации этого вида доказательств в рамках дел о защите деловой репутации:
      В 2009 г. ООО «Маристройинвест» обратилось в Арбитражный суд Республики Марий Эл с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к ОАО «Газета «Марийская правда», Правительству Республики Марий Эл и гражданину Б. о признании сведений об истце не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию, об обязании ответчика опровергнуть эти сведения, а также о взыскании с гражданина Б. 100 тыс. руб., с ОАО «Газета «Марийская правда» и Правительства по 1450 тыс. руб. компенсации за причиненный вред.
      Арбитражный суд Республики Марий Эл решением от 2 июля 2009 г. в удовлетворении иска отказал.
      Первый арбитражный апелляционный суд Постановлением от 7 октября 2009 г. отменил решение суда первой инстанции и частично удовлетворил исковые требования, в том числе взыскал в пользу истца с автора статьи гражданина Б. 10 тыс. руб., с ОАО «Газета «Марийская правда» и Правительства по 150 тыс. руб. компенсации вреда, причиненного деловой репутации.
      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 11 декабря 2009 г. по делу N А38-881/2009 Постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения. Кассационный суд отметил: «При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд правомерно основывался на внутренней оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, учел характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений и масштаб допущенного правонарушения и счел соразмерным взыскание компенсации с автора статьи Б. 10000 рублей, с ОАО «Газета «Марийская правда» и Правительства по 150000 рублей, что не противоречит части 2 статьи 151 и пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации» .
      ———————————
      Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 11 декабря 2009 г. по делу N А38-881/2009.

      Определением ВАС РФ от 5 апреля 2010 г. N ВАС-3390/10 отказано в передаче данного дела в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора.
      Таким образом, ФАС Волго-Вятского округа при определении размера компенсации вреда, причиненного деловой репутации, исходил из доказательств такого вреда и критериев его компенсации, что, по мнению ВАС РФ, соответствует действующему законодательству.

      В 2008 г. ООО «Торговый дом «Цэрера» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к индивидуальным предпринимателям Щ., В. и И. о защите деловой репутации путем обязания ответчиков опровергнуть порочащие деловую репутацию и не соответствующие действительности сведения, а также о взыскании с каждого из ответчиков по 785700 руб. компенсации морального вреда и упущенной выгоды в размере: с В. и И. — по 1700 тыс. руб., с Щ. — 20 тыс. руб.
      Суды первой и апелляционной инстанций иск удовлетворили частично, в частности в пользу истца с В., И. взыскано по 300 тыс. руб. компенсации вреда, причиненного деловой репутации.
      Постановлением ФАС Волго-Вятского округа от 3 марта 2010 г. по делу N А43-30208/2008 судебные акты нижестоящих судов оставлены без изменения. Кассационный суд отметил: «При определении размера компенсации нематериального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.
      Размер компенсации за нарушение деловой репутации истца определен судом в размере 300000 рублей с каждого из ответчиков в результате полного и всестороннего исследования и оценки всех имеющихся в материалах дела доказательств, а также с учетом всех значимых для данного дела обстоятельств (специфика деятельности истца, вызывающий системный характер и направленность информации)».
      Таким образом, суд еще раз подчеркнул, что при определении размера денежной компенсации вреда, причиненного деловой репутации, необходимо учитывать доказательства такого вреда и обстоятельства конкретного дела.
      Помимо этого, суд отметил интересную деталь: «Выводы Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-29480/08-110-184 об определении компенсации в ином размере не имеют преюдициального значения для рассмотрения настоящего спора, в связи с чем ссылка ответчиков на судебный акт по данному делу ошибочна». Это означает, что суд не зависит в определении размера компенсации от позиции других судов, рассматривавших схожий спор.

      Таким образом, нами была проанализирована практика ФАС Волго-Вятского округа относительно компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица (взгляд со стороны).
      В заключение можно сделать следующие обобщающие выводы:
      1. Практика ФАС Волго-Вятского округа допускает возможность компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица.
      2. Основной подход ФАС Волго-Вятского округа к компенсации такого вреда — по аналогии с компенсацией морального вреда, причиненного гражданину.
      3. Удовлетворить требование о компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, возможно только при удовлетворении общего требования о защите деловой репутации.
      4. Компенсация вреда, причиненного деловой репутации, не является возмещением имущественного вреда (убытков) и не зависит от такого возмещения; однако необходимо предоставление надлежащих доказательств распространения не соответствующих действительности порочащих сведений (в том числе с помощью свидетельских показаний) и обстоятельств дела.
      5. В практике ФАС Волго-Вятского округа встречаются случаи, когда отсутствует обоснование удовлетворения (неудовлетворения) заявленного требования о компенсации вреда, причиненного деловой репутации, или это обоснование мотивировано в недостаточной степени.
      На основании всего вышеизложенного можно констатировать: практика ФАС Волго-Вятского округа по вопросам компенсации вреда, причиненного деловой репутации юридического лица, находится на стадии становления. Опыт ФАС Волго-Вятского округа может быть полезным в процессе совершенствования института защиты деловой репутации в судебно-арбитражной практике Российской Федерации.

      Наша компания оказывает помощь по написанию курсовых и дипломных работ, а также магистерских диссертаций по предмету Арбитражный процесс, предлагаем вам воспользоваться нашими услугами. На все работы дается гарантия.

      Читайте так же:  Заявление на отзыв заявления о ввозе товаров и уплате косвенных налогов