Правонарушение в виде бездействия с формой вины косвенный умысел

Умысел или неосторожность: тонкости квалификации вины в уголовном праве

Определение формы вины в различных составах преступлений – одна из ключевых проблем уголовного права, имеющая большое практическое значение. Особенно острой эта проблема становится, когда выбор между умыслом и неосторожностью должен быть сделан правоприменителем в условиях законодательной неопределенности и различия в позициях высших судов.

Об одном ярком примере таких ситуаций рассуждает профессор юридического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, главный редактор журнала «Уголовное право», доктор юридических наук П.С. Яни.

Заведомое нарушение правил безопасности на взрывоопасном производстве, повлекшее смерть многих людей, как неосторожное преступление

Часть 1 ст. 217 УК предусматривает ответственность за «нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах или во взрывоопасных цехах, если это могло повлечь смерть человека либо повлекло причинение крупного ущерба». Часть 3 статьи – за «Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц». Максимальное наказание по части 3 – семь лет лишения свободы.

Согласно частям 3 и 4 ст. 15 УК «Преступлениями средней тяжести признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает пяти лет лишения свободы, и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, превышает три года лишения свободы», «Тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы».

В соответствии со ст. 78 УК «Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности» «Лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки: … б) шесть лет после совершения преступления средней тяжести; в) десять лет после совершения тяжкого преступления… Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу…».

Таким образом, вопрос о форме вины: совершено преступление умышленно либо по неосторожности – особенно актуален для тех случаев, когда после совершения преступления истекло шесть лет, а приговор по делу еще не вступил в законную силу. Расследование подобных случаев, однако, требует допроса многочисленных свидетелей, проведения сложных судебно-технических экспертиз, в общем, может вестись долго…

Вопрос о том, с какой формой вины совершается преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 217 УК, не решается одной лишь ссылкой на указание в ней на неосторожность, поскольку если признать, что в части 1 этой статьи ответственность предусмотрена за умышленное преступление, то должны применяться правила ст. 27 УК: «Если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно».

Сторонами диспута приводятся доводы в пользу как умышленной, так неосторожной вины при нарушении правил безопасности, повлекшем смерть многих лиц.

В пользу умышленной формы вины

Соблюдение правил безопасности осуществления определенных видов деятельности, в том числе производственной, исключает причинение вреда жизни, здоровью, имуществу. Из этого очевидного соображения ряд ученых и практиков делает тот вывод, что, стало быть, несоблюдение, нарушение указанных правил, напротив, приводит к наступлению названных последствий. Причем приводит либо неизбежно, либо с высокой степенью вероятности – иное и не может следовать, полагают они, из собственно факта и смысла существования указанных правил.

Дальше они рассуждают так: лицо, на которое возложено соблюдение правил безопасности, заведомо нарушая требования обеспечения безопасности, не может не понимать, а, значит, безусловно осознает (то есть это, по их мнению, даже не нуждается в доказывании!), что

а) между допущенным нарушением, следующей за ним аварией на производстве и смертью работников имеется прямая причинная связь (и в том случае, когда нарушение – не собственно причина, а необходимое условие для наступления смертельного результата) и

б) вероятность и аварии как результата нарушения правил безопасности, и смерти как следствия аварии очень высока.

Стало быть, уполномоченное лицо никак не могло рассчитывать на то, что авария не произойдет и смерть не наступит. Из чего, заключают эти криминалисты, следует: по отношению к смерти работников, наступившей в результате аварии на производстве, которую обязано было и действительно могло предотвратить уполномоченное на соблюдение правил безопасности на данном производстве лицо, вина является умышленной.

Поскольку же а) целью уполномоченного лица смерть работников не являлась, оно ее не желало и б) их смерть такое лицо не предвидело в качестве неизбежного следствия нарушения им правил безопасности, значит, умысел виновного является косвенным, то есть соответствует содержащемуся в ч. 3 ст. 25 УК описанию: «Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично».

И соответственно, вину уполномоченного лица нельзя трактовать как легкомыслие или небрежность, которые в законе определены так:

а) преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий (ч. 2 ст. 26 УК);

б) преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия (ч. 3 ст. 26 УК).

Повторю главный довод коллег (пусть они его порой только подразумевают, не умея или не считая нужным сформулировать): как сам факт наличия правил безопасности, так и адекватное восприятие уполномоченным лицом (имеющим соответствующее образование, ознакомленным с данными правилами) содержания данных правил в принципе исключают такую оценку его отношения к своему нарушению и его объективным последствиям (в виде аварии и смерти многих лиц), которая включает:

а) расчет на предотвращение этих последствий, и

б) непредвидение возможности их наступления.

2) Формально-юридический аргумент

В поиске формально-юридической поддержки сторонники умышленной формы вины ссылаются на то, что согласно ч. 2 ст. 24 УК «деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса», тогда как в части 1 ст. 217 УК указания на неосторожность нет. А потому деяние может быть совершено, утверждают некоторые из них, и умышленно, и неосторожно, другие же заключают – только умышленно, с косвенным умыслом.

При этом в качестве общественно опасных последствий как признаков объективной стороны деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК, они рассматривают обстановку реальной угрозы человеческой жизни («могло повлечь смерть человека») и причинение крупного ущерба.

В пользу неосторожной формы вины

1) Логико-юридический аргумент

Несмотря на, казалось бы, обоснованность того утверждения, что несоблюдение правил должно приводить к негативным последствиям, для предотвращения которых эти правила и созданы, законодатель придерживается иной логики: в ч. 1 ст. 217 УК деяние признается преступным не при собственно нарушении соответствующих правил, а лишь в том случае, если это могло повлечь смерть человека либо повлекло причинение крупного ущерба. Значит, по мысли законотворцев, само по себе нарушение совсем не обязательно приводит к соответствующим результатам.

Разница между косвенным умыслом, определяемым по отношению к названным в ч. 1 ст. 217 УК последствиям, и преступным легкомыслием состоит лишь в том, что в первом случае последствие пусть не желаемо (как при прямом умысле), но лицом допускается, лицо относится к последствию безразлично. Тогда как во втором случае оно, пусть и без достаточных к тому оснований, и самонадеянно, но все-таки рассчитывает на предотвращение этого последствия.

Можно сказать и так, что при косвенном умысле осознаваемая лицом типичность наступления вредных последствий настолько выше, что это не дает ему оснований рассчитывать на их ненаступление. При легкомыслии же осознаваемая типичность последствий существенно ниже, а потому расчет на ненаступление последствий хотя и оказался очевидно неверным, но нельзя утверждать, будто такого расчета у лица не было вовсе.

Для обсуждаемых нами случаев это выглядит так: если лицо, или другие лица, уже многократно нарушали правила безопасности, но аварии ни разу не происходили, то это убеждает его в том, что «авось и снова не рванет». Уполномоченное лицо, выражаясь языком закона, – как это ни странно звучит для некриминалиста! – хотя и предвидит возможность аварии, но не допускает такой возможности 1 . Не допускает именно аварии, понимая, однако, что если она все-таки произойдет, то люди, безусловно, погибнут, производство прекратится, а сам он отправится за решетку. Можно поэтому сказать, что уполномоченное лицо рискует одновременно и жизнями работников, и имуществом работодателя, и своей свободой. При этом в силу наличия правил безопасности, которые лицо заведомо нарушает, такой риск недопустим, не является извинительным обстоятельством, исключающим преступность деяния (см. ст. 41 УК).

2.1) Содержание ч. 2 ст. 24 УК настолько неопределенно, что в его трактовке не сошлись даже высшие суды.

По мнению Верховного Суда, исходя из положений ч. 2 ст. 24 УК РФ, если в диспозиции статьи форма вины не конкретизирована, то соответствующее преступление может быть совершено умышленно или по неосторожности при условии, если об этом свидетельствуют содержание деяния, способы его совершения и иные признаки объективной стороны состава преступления 2 .

Конституционный Суд, однако, высказал противоположное суждение, заключив, что если в диспозиции статьи Особенной части УК нет указания на совершение деяния по неосторожности, то предполагается, что оно может быть совершено только с умыслом.

Однако подобная трактовка положений закона, будь она воспринята судами, превратит немало, скажем, экологических преступлений (трактуемых в доктрине и практике исключительно как неосторожные) в умышленные деяния, что произведет серьезные разрушения в уголовно-правовой охране общественных ценностей, создаст очевидный хаос в правоприменении. Например, нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ, повлекшее массовую гибель животных либо иные тяжкие последствия (ст. 246 УК, форма вины не указана, до 5 лет лишения свободы) нельзя будет различить с экоцидом, то есть массовым уничтожением растительного или животного мира и т.д. (ст. 358 УК, форма вины не указана, до 20 лет лишения свободы). Тогда как при полном совпадении всех признаков преступных деяний виновному придется вменять существенно менее тяжкий состав преступления в силу ч. 3 ст. 49 Конституции («неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого»).

Применительно же к нашему случаю признание предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК деяния умышленным в силу того, что здесь отсутствует прямое указание на неосторожность, приведет к неразрешимому формально-логическому противоречию: если лицо, нарушая правила безопасности, создает тем самым состояние реальной угрозы жизни и его отношение к этой угрозе характеризуется умыслом, то и реализация данной угрозы, то есть смерть человека или нескольких лиц не может не охватываться его умыслом, хотя бы косвенным.

Однако законодатель исходит из того, что смерть при совершении предусмотренного ст. 217 УК деяния может наступить только по неосторожности. Значит, признание основного состава обсуждаемого преступления умышленным породит лишенную логики конструкцию: хотя уполномоченное лицо смерти других лиц не желало и не допускало (или допускало, но рассчитывало на предотвращение), тем не менее, желало или вполне допускало создание в результате нарушения им правил безопасности такой ситуации, в которой смерть становилась вполне реальным, непредотвращаемым фактом.

Сказанное означает, что:

  • если отношение уполномоченного лица к смерти человека является умышленным, то квалифицирующее то же самое деяние смерть человека, многих лиц (части 2 и 3 статьи) не может быть определена в законе как последствие, которое может наступить только по неосторожности;
  • и наоборот, признание в законе смерти человека, многих лиц общественно опасным последствием, причиняемым в результате нарушения правил безопасности только по неосторожности, исключает определение формы вины лица по отношению к созданию обстановки реальной угрозы жизни человека, многих лиц, то есть реальной угрозы наступления их смерти, как умышленной.

То, что законодатель не рассматривает преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 217 УК, как совершенное с умыслом, пусть и с косвенным, с очевидностью следует из сопоставления санкций этой нормы и тех норм, которые предусматривают ответственность за умышленное (в том числе с косвенным умыслом) причинение последствий, названных в ч. 1 ст. 217 УК.

Общественно опасными последствиями преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 217 УК, являются: а) создание реальной опасности наступления смерти человека либо б) причинение крупного ущерба. Умышленное создание реальной опасности наступления смерти человека может являться признаком, в частности, объективной стороны покушения на убийство, оконченного причинения тяжкого вреда здоровью (по признаку опасности для жизни человека), покушения на причинение такого вреда. Однако даже в последнем случае с учетом требований ст. 66 УК самое нестрогое наказание может достигать 6 лет лишения свободы 4 , тогда как в качестве санкции за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 217 УК, лишение свободы вообще не предусмотрено. Умышленное причинение крупного ущерба вне зависимости от вида умысла предусмотрено ст. 167 УК, даже часть первая которой предусматривает лишение свободы.

а) если бы частью 1 ст. 217 УК ответственность предусматривалась и за совершенное с косвенным умыслом преступление, то,

Читайте так же:  Ч.1 статья 134 ук рф

б) поскольку дополнительным признаком, конкретизирующим действия (бездействие), повлекшие наступление указанных в этой части последствий, является нарушение специальных правил (правил безопасности),

в) это обстоятельство должно было бы влечь установление в ч. 1 ст. 217 УК более строгой (во всяком случае, не менее строгой!) ответственности за причинение таких последствий, нежели это предусмотрено в ст. 105, 111, 167 УК.

В действительности же мы видим прямо противоположное, и это является очевидным свидетельством того, что частью 1 ст. 217 УК ответственность за совершение умышленного преступления, в том числе совершенного с косвенным умыслом, не предусмотрена.

Итак, а) преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 217 УК, может быть только неосторожным, и б) предусмотренное данной статьей преступление является неосторожным вне зависимости от того, было ли собственно нарушение правил безопасности заведомым.

Поскольку же ст. 27 УК рассчитана лишь на те случаи, когда основной состав преступления является умышленным, стало быть, к ст. 217УК содержащиеся в ст. 27 УК положения применены быть не могут. Следовательно, преступления, предусмотренные ч. 2 или ч. 3 ст. 217 УК, в целом относятся к неосторожным преступлениям.

А раз преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 217 УК, являются неосторожными, то в силу ч. 3 ст. 15 УК эти преступные деяния относятся к категории преступлений средней тяжести.

Данный вывод соответствует подходу, выраженному в перечне № 5, введенном в действие Указанием Генпрокуратуры России № 797/11, МВД России № 2 от 13.12.2016: преступления, предусмотренные ст. 217 УК, отнесены в этом документе к категории преступлений средней тяжести.

* Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции

Правонарушение в виде бездействия с формой вины косвенный умысел

Умышленное преступление, преступление, совершенное по неосторожности. Примеры.

Преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно — опасных последствий, не желало, однако сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично.

Прямой умысел включает в себя три взаимосвязанных признака:

2) предвидение возможности или неизбежности наступления общественно-опасных последствий:

3) желание их наступления.

Примеры умышленного преступления с прямым умыслом:

· уклонение от уплаты налогов;

· п одделка, изготовление или сбыт поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей бланков;

· преднамеренное банкротство, то есть умышленное создание или увеличение неплатежеспособности, совершенные руководством или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем в личных интересах или интересах иных лиц, причинившие крупный ущерб либо иные тяжкие последствия.

Косвенный умысел тоже предполагает три признака:

1) осознание лицом общественной опасности своих действий (бездействия);

2) предвидение возможности наступления общественно-опасных последствий;

3) нежелание, однако сознательное допущение этих последствий либо безразличное к ним отношение.

Примеры умышленного преступления с косвенным умыслом:

· лицо жестоко избивает наследодателя с целью составления завещания (договора дарения, мены, иного документа, подтверждающего имущественные права, и т.п.) на имя виновного, безразлично относясь к последствию в виде смерти, сознательно её допуская.

· врач с целью использования органа потерпевшего (почки), зная, что с одной почкой можно жить, но, безразлично относясь к смерти потерпевшего после операции, допуская её наступление, производит операцию небрежно, наспех «залатав» операционные швы;

· лицо с целью скрыть преступление избивает его очевидца (чтобы не смог дать показания в ходе следствия), нанося удары металлическим прутом по жизненно важным частям тела (голове, груди, животу), безразлично относясь к причинению потерпевшему смерти, сознательно допуская её наступление

Первым общим признаком обоих видов умысла является осознание лицом общественной опасности своих действий (бездействия). Общественная опасность деяния как объективный или материальный признак преступления с точки зрения законодателя или правоприменителя является сложным и многоаспектным понятием. Оно лежит в основе криминализации деяний, категоризации преступлений по тяжести, назначения наказания и т. д.

Авария по причине нарушения правил безопасности

Применительно к умышленной вине конкретных лиц это понятие употребляется в номинальном и упрощенном значении. Лицу достаточно лишь в общих чертах осознавать, что совершаемое им действие (бездействие) причиняет вред личности, собственности, общественному порядку и другим общественным отношениям, охраняемым уголовным законом.

Незнание уголовно-правового запрета лицом, совершившим преступление, не является законным основанием освобождения его от уголовной ответственности, т. к., с одной стороны, осознание противоправности не является юридически значимым элементом вины, с другой, уголовное право исходит из древней юридической презумпции: Ignоrаntia еgis nеminem ехсusat (незнание закона никого не извиняет).

Эта формула римского права не закреплена в действующем законе, и ее требование не может быть абсолютным при строгом соблюдении законодательно определенного принципа вины. Поэтому в случаях, когда лицо не могло осознавать, что совершаемое им деяние является общественно опасным и запрещенным уголовным законом, оно не подлежит уголовной ответственности.

Второй признак умысла — предвидение — не полностью совпадает при прямом и косвенном умысле. При прямом умысле имеется предвидение возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий, а при косвенном умысле — только предвидение возможности их наступления.

Предвидение как конструктивная часть формулы умысла в материальных составах означает мысленное представление лица о последствиях, которые могут наступить в результате его действия или бездействия.

Прогнозируемые последствия могут быть самые разные, ближайшие и отдаленные, юридически значимые и не являющиеся таковыми. Здесь речь идет только об общественно опасных последствиях, указанных в законе.

Предвидение возможных последствий и развития причинной связи их возникновения и наступления, как правило, осуществляется на интуитивном бытовом уровне, хотя при совершении некоторых преступлений возможно применение и методов научного прогнозирования.

Для констатации наличия у виновного рассматриваемого элемента вины достаточно того, чтобы лицо в общих чертах предвидело наступление юридически значимых последствий как результата своих действий или бездействия. Ошибка прогноза отражается на вине субъекта. Он несет ответственность в рамках фактически содеянного и в пределах субъективного вменения.

Различия предвидения при прямом и косвенном умысле заключены в степени вероятности прогнозирования наступивших общественно опасных последствий.

Прямой умысел предполагает предвидение неизбежности и возможности, а косвенный — только возможность наступления общественно опасных последствий. Вероятность предвидения при прямом умысле выше, чем при косвенном.

Осознание общественной опасности деяния и предвидение вероятности наступления общественно опасных последствий осуществляются на рациональном уровне и образуют интеллектуальный момент умышленной вины, оценка которого должна быть адекватной.

Во избежание объективного вменения при оценке интеллектуального момента вины необходимо учитывать эмоциональное состояние субъекта. Отрицательные эмоции могут парализовать его интеллект, сузить сферу его деятельности, снизить его прогностические возможности.

Третьим и наиболее важным признаком умышленной вины является желание или нежелание наступления прогнозируемых общественно опасных последствий.

При прямом умысле виновный желает наступления общественно опасных последствий, которые он предполагает достигнуть в результате своих общественно опасных действий (бездействия). Примером может служить заказное убийство руководителя предприятия с целью занятия его должности. Реализация или нереализация этой конечной цели в данном случае не имеет юридического значения, если виновный пытался достигнуть ее через убийство руководителя.

При косвенном умысле лицо не желает наступления общественно опасных последствий, однако осознанно допускает их либо относится к их наступлению безразлично. Нежелание наступления общественно опасных последствий связано с иными более важными для субъекта желаниями (целями), при стремлении к которым наступление прогнозируемых лицом общественно опасных последствий является для него вероятностно прогнозируемым, однако побочным результатом.

Желание или нежелание наступления общественно опасных последствий теория уголовного права традиционно относит к волевому моменту. В действительности это мотивационно-волевой момент. Желание достичь прогнозируемых общественно опасных последствий или иные желания, осуществление которых оказалось невозможным без наступления предполагаемых общественно опасных последствий, есть разновидности мотивов умышленных преступлений. Воля без мотивов и целей не реализуема. Волевые действия вменяемого лица всегда мотивированны и целенаправленны. Лишь установление реальных мотивов и целей способно выявить, желал ли субъект наступления общественно опасных последствий или они были для него средством реализации других желаний.

Теория и судебная практика различают умысел определенный неконкретизированный) и неопределенный (неконкретизированный). Определенный умысел характеризуется тем, что предвидение и желание субъекта определенно и конкретно. Выплескивая кислоту в лицо потерпевшему, он предвидит, что обезобразит его, и желает этих последствий.

Неопределенному умыслу свойственна неконкретность предвидения и желания наступления общественно опасных последствий определенной тяжести. Содеянное в этом случае квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

Умысел может быть заранее обдуманным в предумышленных преступлениях или внезапно возникшим в ситуативных или случайных деяниях. Внезапно возникший умысел формируется в ситуации совершения преступления, в условиях конфликта, в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, в иных обстоятельствах (к примеру, при виде вещи, оставленной без надзора), способствующих совершению преступления.

Оценка общественной опасности предумышленных и ситуативных деяний может быть разной и конкретной. Предумышленные деяния обычно оцениваются как более опасные. Однако конкретная социальная оценка деяния и субъекта, психологически готового к совершению преступления в удобной для него ситуации (пожар, землетрясение, авария), также свидетельствует о повышенной опасности и преступления, и лица, его совершившего

Преступления, совершенные по неосторожности

1. Преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности.

2. Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

3. Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия.

В первую группу преступлений, совершенных по неосторожности, входят такие преступления, которые законодатель в диспозициях статей Уголовных кодексов прямо именует неосторожными. В УК РСФСР содержится пять таких составов преступлений. Это — неосторожное уничтожение или повреждение государственного общественного имущества (ст. 99), неосторожное убийство (ст. 106), неосторожное тяжкое или менее тяжкое телесное повреждение (ст. 114), неосторожное уничтожение или повреждение личного имущества граждан (ст. 150), неосторожное повреждение морского телеграфного кабеля (ст. 205).

Вторую группу неосторожных преступлений образуют такие, которые законодатель хотя и не называет неосторожными, но при их описании пользуется терминами, свидетельствующими о том, что они могут совершаться только при вине в форме неосторожности. Подобных составов в УК РСФСР мы усматриваем три, а именно: преступно-небрежное использование или хранение сельскохозяйственной техники (ст. 99) недобросовестное отношение к охране государственного или общественного имущества (ст. 100) и небрежное хранение огнестрельного оружия (ст. 219).

Небрежное хранение сельскохозяйственной техники

Третью группу неосторожных преступлений составляют такие, объективная сторона которых может быть выполнена фактически лишь при вине в форме неосторожности. К ним мы относим:

утрату документов, содержащих государственную тайну (ст. 76);

нарушения работником железнодорожного, водного или воздушного транспорта правил, безопасности движения и эксплуатации транспорта, повлекшие несчастные случаи с людьми, крушение, аварию или иные тяжкие последствия, а также недоброкачественный ремонт транспортных средств, путей, средств сигнализации и связи, вызвавший аналогичные последствия, (ч. I ст. 85);

нарушения должностным лицом правил по технике безопасности, промышленной санитарии или иных правил охраны труда, повлекшие за собой: причинение телесных повреждений или утрату трудоспособности (ч. II ст. 140), смерть человека или причинение тяжких телесных повреждений нескольким лицам (ч. III ст. 140);

нарушение ветеринарных правил, результатом чего явилось распространение эпизоотии или иные тяжкие последствия (ст. 160);

нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта лицом, управляющим автомототранспортным или городским электротранспортным средством, трактором или иной самоходной машиной, повлекшее причинение потерпевшему менее тяжкого или легкого телесного повреждения либо причинившее существенный материальный ущерб (ч. I ст. 211 УК РСФСР в редакции Указа Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 июня 1968г.); те же действия, повлекшие смерть потерпевшего или причинение ему тяжкого телесного повреждения (ч. II ст. 211 УК РСФСР в редакции того же Указа), и ряд других составов.

Нарушение правил дорожного движения

При отнесении всех преступлений этой группы к неосторожным мы исходим из того, что последствия, свойственные рассматриваемым составам, виновными лицами не являются и сознательно не допускаются, а следовательно, эти преступления и не могут быть признаны умышленными. Во всех таких случаях виновные лица предвидели последствия своих действий, но легкомысленно надеялись на их предотвращение.

Статья 2.2 КоАП РФ. Формы вины

Новая редакция Ст. 2.2 КоАП РФ

1. Административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

2. Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Комментарий к Статье 2.2 КоАП РФ

Комментируемая статья выделяет две формы вины — умысел и неосторожность. Описание данных форм вины практически совпадает с приведенным в ст. 24 — 26 Уголовного кодекса. Однако в отличие от уголовного законодательства, КоАП не выделят виды умысла и неосторожности. Вместе с тем это сделано в теории административного права с учетом положений комментируемой статьи.

Выделяют два вида умысла: прямой и косвенный. Правонарушение считается совершенным с прямым умыслом, если лицо сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий. Таким образом, интеллектуальный компонент вины в данном случае включает в себя, во-первых, осознание лицом противоправности своего действия (бездействия) и, во-вторых, предвидение неизбежности или возможности наступления вредных последствий. Волевой же компонент выражается в желании наступления указанных последствий. Если же лицо сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично, то правонарушение признается совершенным с косвенным умыслом. Очевидно, что основное отличие косвенного умысла от прямого заключается в специфике волевого компонента: лицо не желает наступления вредных последствий своих действий (бездействия), но либо сознательно их допускает, либо относится к ним безразлично. Отличается и интеллектуальный компонент косвенного умысла: при косвенном умысле невозможно предвидение неизбежности наступления вредных последствий, а только их потенциальной возможности.

Читайте так же:  Судебные приставы г. Усинск

Установление умышленной формы вины является обязательным в случаях, когда комментируемым Кодексом предусматривается ответственность только за умышленно совершенное правонарушение.

Разграничение умысла на прямой и косвенный важно для материальных составов административных правонарушений. Если в формальных составах умышленная вина заключается в осознании лицом противоправного характера совершаемого действия или бездействия (учитывается только интеллектуальный компонент вины), то в материальных составах умышленная вина кроме осознания противоправности совершаемого действия или бездействия включает также отношение нарушителя к наступившим вредным последствиям, т.е. учитывается и волевой компонент вины.

Неосторожность, как и умысел, подразделяется на два вида: легкомыслие и небрежность. Легкомыслие предполагает, что лицо предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий. При небрежности лицо не предвидит возможности наступления вредных последствий, хотя должно было и могло их предвидеть.

Другой комментарий к Ст. 2.2 Кодекса Российской Федерации об Административных Правонарушениях

1. В данной статье устанавливаются две формы вины: умысел и неосторожность. Определение формы вины имеет важное значение для правильной квалификации противоправного деяния.

2. Вина в форме умысла присутствует тогда, когда лицо, совершившее деяние, сознавало противоправный характер своего действия или бездействия, предвидело его вредные последствия и желало или сознательно допускало наступление этих последствий либо относилось к ним безразлично. В некоторых статьях КоАП РФ прямо указывается на вину в форме умысла. Так, в ст.7.17 говорится об умышленном уничтожении или повреждении чужого имущества, в ст.8.5 — об умышленном искажении информации о состоянии окружающей природной среды и природных ресурсов, в ст.17.7 — об умышленном невыполнении требований прокурора, вытекающих из его полномочий.

3. В некоторых статьях КоАП РФ форма вины не указывается, но состав сформулирован таким образом, что дает возможность говорить об умышленной вине. Например, ст.14.12 содержит такой состав, как фиктивное или преднамеренное банкротство, т.е. заведомо ложное объявление руководителем юридического лица о несостоятельности данного юридического лица или индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности; ст.17.9 — заведомо ложные показания свидетеля, пояснение специалиста, заключение эксперта или заведомо неправильный перевод при производстве по делу об административном правонарушении.

4. Большинство составов правонарушений, содержащихся в КоАП РФ, носят формальный характер, т.е. для признания вины в форме умысла достаточно совершения указанного в норме права противоправного действия или бездействия, независимо от того, какие наступили последствия. Например, ст.11.5 формулирует состав правонарушения как нарушение правил безопасности эксплуатации воздушных судов, ст.12.8 закрепляет в качестве состава управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения. Иными словами, при формальном составе правонарушения умышленная вина состоит в осознании лицом противоправности совершаемого действия либо бездействия.

5. В КоАП РФ имеются и материальные составы, в которых вина связана не только с сознанием противоправности совершаемого действия или бездействия, но и с отношением правонарушителя к наступившим последствиям. Так, ст.8.38 закрепляет, что административная ответственность наступает при производстве лесосплава, строительстве мостов, дамб, транспортировке древесины или другой лесной продукции с лесосек, осуществлении взрывных или иных работ, а равно эксплуатации водозаборных сооружений и перекачивающих механизмов с нарушением правил охраны рыбных запасов, если хотя бы одно из этих действий может повлечь массовую гибель рыбы или других водных животных, уничтожение в значительных размерах кормовых запасов либо иные тяжкие последствия; в ст.9.8 закреплен такой состав правонарушения, как нарушение правил охраны электрических сетей напряжением свыше 1000 вольт, могущее вызвать или вызвавшее перерыв в обеспечении потребителей электрической энергией.

6. В ч.2 ст.2.2 закрепляется форма вины в виде неосторожности. Правонарушение считается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия либо бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. В данной статье указаны два вида неосторожной вины: самонадеянность, когда лицо предвидело вредные последствия своих действий, но без достаточных оснований рассчитывало на их предотвращение, и небрежность — лицо не предвидело таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть. Из содержания статьи вытекает, что вина в форме неосторожности применима к материальным составам правонарушений, предусматривающим наступление вредных последствий, и предполагает психическое отношение нарушителя к ним. Что касается формальных составов правонарушений, то в них рассматриваемая форма вины выражается в том, что лицо, как правило, не сознавало противоправности своего деяния, хотя должно было и могло сознавать.

Установление формы вины имеет важное значение для квалификации административного правонарушения и определения меры взыскания нарушителю.

Приведите примеры видов преступления: с прямым умыслом, с косвенным, по халатности, неосторожности. По 2 примера на каждый.

Ответ

Проверено экспертом

Прямой умысел:
1. Уклонение от уплаты налогов
2. Убийство с целью грабежа

Косвенный умысел:
1. Избиение человека, в следствие которых может погибнуть человек. Т.е. в данном случае смерть не будет являться целью и человек, который избивает не желает, но сознательно допускает, что в результате его действий может погибнуть человек.
2. Провоцирование аварии, в следствии которых также погибают люди. Т.е. здесь лицо, спровоцировавшее аварию не желает смерти этих людей, но сознательно допускает, что они могут погибнуть.

Халатность:
1. Глав. врач в процессе операции вместо грыжи вырезал, допустим, аппендикс. Это прямой пример халатности.
2. Халатное отношение высокопоставленного чиновника к тому, что творится на улицах. Не знаю, правильный этот пример или нет.

Неосторожность:
1. Два охотника пошли в лес и услышали шуршание в кустах, подумав, что там какое-то животное, застрелили его. А оказалось, что там было не животное.
2. Проходя мимо строящегося объекта Гражданин К. остановился и закурил, после того как он покурил, он не потушив сигарету бросил не глядя через плечо и попал в бочку из под бензина, которая была оставлена рабочими. Произошел взрыв и отлетевшие осколки убили одного человека.

Умысел преступления

Умысел и его виды

Умысел — наиболее распространенная форма вины. Согласно ст. 25 УК преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Для обоих видов умысла характерно осознание общественной опасности своих действий (бездействия), а также предвидение возможности (для прямого умысла иногда также неизбежности) наступления общественно опасных последствий. Определяющим свойством умышленной вины является то, что лицо осознает, что оно совершает действия (бездействие), которые опасны для охраняемых уголовным законом общественных отношений и запрещены этим законом в качестве преступления.

Посредством своих действий (бездействия) человек выражает отношение к другим людям, правилам социального общежития и действующим законам. В оценке поведения человека приобретает первостепенное значение то, насколько это поведение согласуется с нравственными и правовыми установлениями данного общества. В уголовном праве сказанное означает, что при умышленной вине лицо осознает не только фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия), но и отрицательную нравственную оценку их со стороны общества.

Обязательным признаком умышленной вины является предвидение лицом возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий, которые предусмотрены уголовным законом и могут наступить в результате его действий (бездействия). Предвидение лицом неизбежности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия) характерно для прямого умысла.

Предвидение лицом последствий своих действий (бездействия) невозможно без осознания им тех причинно-следственных связей, которые делают наступление последствия обоснованным, без осознания того, что последствие с закономерностью может последовать за совершенными действиями (бездействием). Предвидение последствий своих действий (бездействия) может быть различным. При прямом умысле лицо предвидит возможность либо неизбежность наступления общественно опасных последствий. При косвенном умысле предвидение возможности наступления общественно опасных последствий носит менее конкретный характер.

Отличие прямого и косвенного умысла заключается в основном в волевом содержании совершаемых действий (бездействия). При прямом умысле лицо желает чтобы наступили предвидимые им общественно опасные последствия. При косвенном умысле лицо не желает, но сознательно допускает, что в результате его действий (бездействия) могут наступить общественно опасные последствия, либо относится к ним безразлично.

В отечественном уголовном праве определение понятия умысла ориентировано на материальные составы преступлений. В связи с этим в теории и судебной практике дискуссионным остается вопрос о применимости деления умысла на прямой и косвенный к так называемым формальным и усеченным составам преступлений. При совершении преступления с формальным и усеченным составом лицо сознает, что оно совершает общественно опасное деяние и желает его совершения. Поэтому следует согласиться, что в подобных ситуациях лицо совершает преступление с прямым умыслом.

В доктрине уголовного права также различают заранее обдуманный и внезапно возникший умысел. Заранее обдуманный умысел характеризуется тем, что между появлением намерения совершить преступление и его осуществлением имеется разрыв во времени, лицо при этом взвешивает все «за» и «против», учитывает те или иные моменты в связи с предполагаемым совершением преступления. Поэтому осознание общественной опасности деяния и предвидение его последствий в таких случаях по общему правилу является более четким, а лицо, совершившее преступление, более опасным.

При внезапно возникшем умысле намерение совершить преступление возникает неожиданно под влиянием сложившейся ситуации и тут же приводится в исполнение. Разновидностью внезапно возникшего умысла является аффектированный умысел, когда лицо совершает преступление в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, излсватсль- ством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействием) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего (ст. 107 УК). Внезапно возникший умысел при прочих равных условиях характеризует лицо как менее опасное.

С учетом характера предвидения и направленности воли лица различают умысел определенный (конкретизированный) и неопределенный (неконкретизированный). При определенном умысле лицо предвидит конкретно определенное преступное последствие, а его воля направлена именно на достижение данного результата. При неопределенном умысле лицо, совершая те или иные общественно опасные действия (бездействие), точно не определяет, какое последствие может наступить. В таком случае лицо подлежит уголовной ответственности за фактически наступившие последствия.

Прямой, косвенный и другие виды умысла

Согласно ч. 1 ст. 25 УК преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Определения умышленной формы вины закон не содержит. Нет общепринятого определения умышленной формы вины и в науке уголовного права. Понятие умысла раскрывается через его вилы.

Определение прямого умысла сформулировано в ч. 2 ст. 25 УК. Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Косвенный умысел определяется в ч. 3 ст. 25 УК. Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Приведенные формулировки прямого и косвенного умысла в полном объеме относятся только к преступлениям с материальным составом, поскольку их характеристика предусматривает отношение виновного к последствиям. В составах преступлений с законодательной конструкцией, не предусматривающей последствий как обязательного признака, характеристика умышленной и неосторожной форм вины должна быть иной.

В этом смысле позитивным примером является законодательство иных государств, например УК Республики Беларусь, в котором имеется ст. 24 «Вина в преступлении, не связанном с наступлением последствий». В этой статье сказано:

«1. В преступлении, для наличия которого не требуется наступления общественно опасных последствий, форма вины устанавливается по отношению лица к общественно опасному деянию.

2. Преступление признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало общественно опасный характер своего действия или бездействия и желало его совершить».

Исходя из анализа данной нормы можно сделать вывод: законодатель Республики Беларусь считает, что подобные преступления могут быть совершены только с прямым умыслом.

Раскрывается содержание прямого умысла в преступлениях с материальным и формальным составами и в Уголовном кодексе Эстонской Республики.

В отечественной науке уголовного права широко распространено мнение, что косвенный умысел, определяемый отношением к последствиям, невозможен в преступлениях, где само деяние образует оконченный состав преступления.

Таким образом, с прямым умыслом могут быть совершены все умышленные преступления независимо от юридической конструкции состава преступления. С косвенным умыслом могут быть совершены лишь те умышленные преступления, в которых последствия относятся к обязательным признакам состава преступления.

Характеристика прямого и косвенного умысла в преступлениях с материальным составом наглядно представлена в табл. 2.

Читайте так же:  Родительский договор в доу

И при прямом и при косвенном умысле в преступлениях с материальным составом интеллектуальный процесс умысла характеризуется:

  • осознанием общественной опасности своего деяния;
  • предвидением общественно опасных последствий.
  • Некоторые ученые сделали вывод, что по интеллектуальному признаку прямой и косвенный умыслы совпадают, а различие между ними лишь в волевом моменте. Однако данный вывод представляется не корректным.

    Таблица 2. Прямой и косвенный умысел в преступлениях с материальным составом

    Умысел

    Интеллектуальный момент умысла

    Волевой момент умысла

    Лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия)

    Лицо предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий

    Лицо желало их наступления

    Лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий

    Лицо не желало наступления последствий, но сознательно их допускало или относилось к ним безразлично

    Закон раскрывает только один момент интеллектуального отношения субъекта, а именно — осознание общественной опасности своего деяния (действия или бездействия). Относительно предвидения общественно опасных последствий этого сказать нельзя. При прямом умысле лицо предвидит или возможность, или неизбежность последствий. При косвенном умысле лицо предвидит лишь возможность последствий. Следовательно, если лицо при совершении преступления предвидело неизбежность последствий в результате своего общественно опасного деяния, то оно признается действовавшим с прямым умыслом со всеми вытекающими из данного вывода последствиями, ибо понятно, что в подобных случаях лицо не может не желать данных последствий. Например, невозможно представить ситуацию, когда лицо предвидит, что в результате его деяния человек неизбежно погибнет, но, не желая причинения ему смерти, все же совершает общественно опасное деяние, приведшее к гибели потерпевшего.

    На наш взгляд, для прямого умысла более характерно предвидение неизбежности последствий, чем их реальной возможности.

    Сознание общественно опасного характера своего деяния относится к моменту совершения действия или к моменту отказа от его совершения. Предвидение относится к сфере будущего, поскольку оно следует за совершением деяния. Между деянием и последствиями присутствует причинно-следственная связь, которая также должна осознаваться лицом и входить в сферу его предвидения, т. е. интеллектуальным процессом сознания охватывается не только деяние и последствия, но и особенности причинно-следственной связи между деянием и возможными (наступившими) общественно опасными последствиями. Неосознание наличия причинно-следственной связи между деянием и последствиями исключает уголовную ответственность за умышленное преступление. При прямом умысле, когда лицо желает наступления определенных последствий, оно выбирает такой способ совершения деяния, при котором желаемые последствия с его точки зрения должны наступить в обязательном порядке, или, в исключительном случае, вероятность их наступления должна быть реально возможной при определенных обстоятельствах, к которым лицо стремится. Иначе ему не было бы необходимости действовать.

    Представляется, что в содержание прямого и косвенного умысла включается сознание и предвидение всех фактических обстоятельств, которые соответствуют объективным признакам состава конкретного преступления, предусмотренного уголовным законом. Например, при вменении убийства, совершенного общеопасным способом, обязательным предметом доказывания будет осознание лицом общсопасного способа убийства и предвидение им того, что в результате его деяния смерть угрожала как минимум двум потерпевшим.

    Для косвенного умысла последствия не являются желательными. Это плата, которую виновный готов заплатить за достижение иной цели своего деяния. Степень вероятности наступления таких последствий лицо оценивает как реально возможную, т. е., по его мнению, данные последствия могут наступить и с такой же степенью вероятности могут не наступить.

    Последствия при прямом умысле составляют цель деяния лица. Последствия при косвенном умысле представляют побочный, нежелаемый результат его деяния. В силу значимости последствий для лица степень вероятности их наступления при прямом и косвенном умысле не могут совпадать. Человек, движимый осознанными побуждениями (мотивами), руководствуясь своим сознанием, на основе интеллекта и воли сам ставит себе цели, избирая наиболее оптимальный способ их достижения. Желаемой цели будет сопутствовать и более высокая степень вероятности ее наступления. При этом необходимо иметь в виду, что иод желанием последствий закон подразумевает стремление лица достичь цели путем активных действий или сознательного бездействия, а не «голое» желание необходимого результата без затраты физических, интеллектуальных и волевых усилий.

    В ч. 2 ст. 25 УК сказано, что, совершая преступление с прямым умыслом, лицо предвидит возможность или неизбежность последствий. Законодатель на первый взгляд уравнял степень вероятности наступления последствий при прямом и косвенном умыслах, поскольку в обоих случаях последствия могут быть только реально возможными. Представляется, что это не так. Необходимо учитывать, что интеллектуальный момент вины составляет лишь часть умысла. Не менее важен и его волевой момент.

    При прямом умысле виновный всегда стремится к определенным последствиям. Однако не во всех случаях его стремление в силу ряда объективных причин неизбежно приводит к их наступлению. В некоторых случаях его стремление может создать лишь реальную возможность их наступления. В подобных ситуациях при доказанности того, что лицо желало наступления определенных последствий, оно признается действующим с прямым умыслом.

    Таким образом, отличие прямого умысла от косвенного заключается как в интеллектуальном, так и в волевом моментах. При прямом умысле лицо, как правило, предвидит неизбежность последствий, к которым оно стремится. В отдельных случаях в силу объективных обстоятельств лицо может предвидеть лишь реальную возможность последствий, стремясь к тому, чтобы они наступили. При косвенном умысле субъект всегда предвидит реальную возможность последствий. Наступившие общественно опасные последствия не являлись целью его деяния. При косвенном умысле цель действий лица и полученный им преступный результат не совпадают изначально. Однако никаких сознательных волевых усилий для предотвращения последствий лицо не предпринимает. Подобное отношение к общественно опасным последствиям позволяет утверждать, что и при прямом и при косвенном умысле у виновного лица имеется к ним позитивное отношение, только в первом случае — активно позитивное, а во втором — пассивно позитивное.

    Предвидение неизбежности последствий своего деяния исключает косвенный умысел. Это признак прямого умысла.

    При совершении преступлений, конструкция состава которых исключает последствия, характеристика умысла включает в себя осознание лицом общественно опасного характера совершаемого им деяния и желание его совершения.

    В зависимости от того, с каким видом умысла действовало лицо, решается ряд уголовно-правовых вопросов.

    1. Если виновное лицо действовало с прямым умыслом, то при отсутствии последствий (при преступлении с материальным составом) или несовершении деяния (при преступлении с формальным составом) содеянное, как правило, квалифицируется по направленности умысла; в зависимости от этапа прерванной преступной деятельности — как приготовление к совершению тяжкого или особо тяжкого преступления или как покушение на преступление. При косвенном умысле содеянное всегда квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

    Так, во время распития спиртных напитков между гражданами Щ. и В. возникла ссора, в ходе которой Щ. выгнал В. из дома, а когда тот сошел с крыльца, выстрелил в него из обреза, причинив тяжкий вред здоровью В. Районный народный суд осудил гражданина Щ. за покушение на убийство, обосновав квалификацию тем, что выстрел произведен с близкого расстояния и в жизненно важный орган (голову).

    Между тем Щ. отрицал намерение лишить жизни В. Он пояснил, что, обидевшись на В., хотел его «попугать» и выстрелил не целясь, тем более что все происходило ночью.

    Из материалов дела видно, что выстрел действительно произведен в темноте, при этом Щ. не проявил интереса к результатам выстрела и сразу возвратился в дом. На вопрос находившейся там гражданки 3. ответил, что В. ушел домой. Ранее отношения между осужденным и потерпевшим были нормальные.

    Все это свидетельствовало о том, что Щ. безразлично относился к последствиям своих действий — возможной гибели потерпевшего, т. е. действовал с косвенным умыслом, а при отсутствии прямого умысла на лишение В. жизни содеянное не могло квалифицироваться как покушение на убийство.

    2. Предварительная преступная деятельность в виде приготовления к преступлению или покушения на него возможна только при прямом умысле.

    3. Совершение преступления, конструкция которого не включает последствия как обязательный признак состава преступления, считается возможным лишь при наличии прямого умысла.

    4. Решение вопросов соучастия зависит от вида умысла лица. Например, организатор и подстрекатель могут быть привлечены к уголовной ответственности за соучастие в преступлении только в том случае, когда они действовали с прямым умыслом.

    5. Лицо, совершившее преступление с прямым умыслом, как правило, считается более общественно опасным, чем лицо, совершившее преступление с косвенным умыслом, что учитывается при индивидуализации наказания.

    Наряду с прямым и косвенным умыслом в теории уголовного права выделяют и иные виды умысла. Поскольку юридическая природа данных видов умысла не определена в законе, им придается разное правовое значение.

    Выделяют внезапно возникший и заранее обдуманный умыслы.

    Внезапно возникший умысел от заранее обдуманного отличается по времени реализации с момента возникновения. Первый и возникает и реализуется внезапно. Второй реализуется через определенное время после возникновения. При этом достаточно сложно сказать, в каком случае преступление следует признать более общественно опасным. Поэтому при уголовно-пра- вовой оценке содеянного данному факту особого значения не придается. Для закона безразлично, когда у лица возник умысел, например, совершить убийство: год назад или за мгновение до преступления. И в том и в другом случае содеянное будет квалифицировано как убийство независимо от времени возникновения умысла. Однако время возникновения умысла при наличии дополнительных обстоятельств, предусмотренных законом, может иметь правовое значение. Например, если умысел совершить убийство или причинение тяжкого вреда здоровью возник и был реализован внезапно, в состоянии аффекта, в ответ на противоправное или аморальное поведение жертвы, то содеянное квалифицируется как преступление с привилегированным составом.

    Преступление, совершенное в состоянии аффекта, относится к преступлениям с внезапно возникшим умыслом. Данное преступление может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. Лицо, совершающее преступление в состоянии аффекта, может стремиться убить «обидчика», т. е. действует с прямым умыслом причинения смерти, но может совершить данное преступление и с косвенным умыслом, например с целью наказать «обидчика», безразлично относясь к возможным последствиям своих действий.

    Заранее обдуманный умысел также может быть как прямым, так и косвенным. Например, вынашивая планы проучить кого- либо, лицо может стремиться как к его смерти, так и только к его избиению, допуская в результате избиения потерпевшего любые последствия, в том числе и самые тяжкие.

    В зависимости от степени конкретизации и определенности последствий, предвиденных виновным, различают умысел конкретизированный (определенный) и неконкретизированный (неопределенный).

    Конкретизированным (определенным) признается умысел, при котором лицо осознает общественно опасный характер своего деяния, предвидит конкретные, определенные его последствия, желает данные последствия или сознательно их допускает либо относится к ним безразлично. При этом лицо может предвидеть, желать или допускать одно определенное последствие. В таком случае умысел определяется как простой. Лицо может желать или допускать сразу несколько определенных последствий, например, и (или) смерть потерпевшего, и (или) его увечье, что получится. В подобных случаях умысел называют альтернативным.

    По нашему мнению, вменять покушение на преступление можно только при доказанности того, что лицо действовало с прямым конкретизированным умыслом. В противном случае содеянное должно квалифицироваться по фактически наступившим последствиям.

    Неконкретизированным признается умысел, при котором лицо осознавало общественно опасный характер своего деяния, предвидело, что в результате наступят какие-то конкретно неопределенные общественно опасные последствия, желало их наступления или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично. Например, совершая хищение, избивая потерпевшего, уклоняясь от уплаты налогов, лицо может не конкретизировать последствия своего деяния (размер хищения, тяжесть причиненного вреда, сумму, подлежащую уплате).

    Представляется, что в тех случаях, когда лицо предвидело несколько неопределенных последствий (как результат своего деяния), независимо от содержания умысла (прямого или косвенного) содеянное всегда должно квалифицироваться исходя из фактически наступивших последствий.

    Таким образом, выделяемые в теории уголовного права иные виды умысла, на наш взгляд, лишь уточняют, конкретизируют умышленную форму вины в рамках законодательно определенного прямого или косвенного умысла. Вне рамок прямого или косвенного умысла они не существуют. В случае если виновный действовал с простым прямым умыслом на одно определенное последствие, например причинение смерти, хищение в особо крупных размерах и т. д., при недостижении желаемого преступного результата содеянное им должно квалифицироваться как покушение на совершение соответствующего преступления. Во всех остальных случаях содеянное должно квалифицироваться по фактически наступившим последствиям, даже если виновный действовал с прямым умыслом, но не простым, а альтернативным или неопределенным. Утверждение о правильности квалификации действий виновного как покушения на «наибольшее» из альтернативно желаемых последствий представляется некорректным. В подобных случаях степень вероятности разных последствий одинакова. Для выделения «наибольшего» не имеется ни субъективных, ни объективных оснований. Поэтому, если виновный бросает в потерпевшего с расстояния нескольких метров тяжелый предмет в целях причинения любых возможных последствий — смерти потерпевшего, его ранения и т. д., то ответственность должна наступать не за возможные, а за фактически наступившие последствия: в случае причинения смерти — по ст. 105 УК, при причинении тяжкого вреда здоровью — по ст. 111 УК и т. д. Вменять покушение на убийство только потому, что оно было желательно и реально возможно наряду с другими последствиями, нельзя. Если виновный вскрывает сейф в целях хищения любой находящейся в нем суммы денег, то и отвечать он должен за хищение в размере украденного, а не за покушение на хищение в особо крупных размерах, даже если он желал похитить как можно больше. Однако при доказанности умысла на хищение в особо крупных размерах ответственность должна наступать за покушение на данное преступление.